Янек Мягги: Президент должен писать картину своего правления!

Лучший президентский портрет — работа Кайдо Оле, изобразившего Тоомаса Хендрика Ильвеса.

Портрет президента Мери кисти Юри Аррака тоже получился сильным, остальные — скорее нет.

Юлле Мадизе рекомендуется стремиться ко второму сроку, чтобы её портрет получился более выразительным.

У фотографа, снимающего официальный портрет президента, есть большое преимущество перед художником, который его пишет: он может запечатлеть надежду, воодушевление, будущее, ведь фотографию делают до начала президентского срока — когда всё ещё впереди. Художнику же приходится переносить на холст измотанность, скуку и усталость, накопившиеся за годы президентства, и при этом показывать, что наследие президента великолепно, а оставленный им след незабываемо велик, пишет руководитель агентства по защите интересов Powerhouse Янек Мягги.

О художниках, запечатлевших эстонских президентов, безусловно, следует сказать, что все они мастера своего дела и попали в цель. Не желая портить настроение, всё же замечу: по-настоящему хорошо удались лишь несколько работ.

Лучшей я считаю работу Кайдо Оле — портрет Тоомаса Хендрика Ильвеса, который на художественных аукционах обошёл бы все остальные с огромным отрывом. В картине много самого Кайдо Оле, но ни на миллиметр не меньше и Тоомаса Хендрика Ильвеса — лукавого, уверенного в себе, влиятельного и всё же до конца искреннего человека, даже там, где искренность не всегда идёт ему на пользу. Ещё 100 000 евро можно было бы выручить за Леннарта Мери кисти Юри Аррака: в нём не так уж много Аррака, зато это самый-настоящий-Леннарт-без-сомнения.

Рыночная стоимость остальных четырёх работ скорее невысока. Портреты Константина Пятса, Арнольда Рюйтеля, Керсти Кальюлайд и Алара Кариса менее ценны — всем им не хватает той самой искры или неожиданного росчерка, заметно отличающегося от привычного почерка выдающегося художника, — неожиданности, свежести, выразительности, полёта. Они слишком обыденные и, возможно, поэтому безжизненные.

В искусстве, разумеется, гораздо важнее, кто написал картину, и лишь затем — что или кто на ней изображён. Это относится и к портретам президентов.

Как завсегдатай художественных музеев, побывавший, вероятно, более чем в ста таких музеях по всему миру, я заметил: лучший портрет — тот, который с первого взгляда заставляет сказать: «Погодите, а это ещё что такое!» В этом смысле Кайдо Оле установил в данном жанре очень высокую планку.

Но у Оле было и больше всего времени, чтобы осмыслить наследие президента: ведь, кроме Леннарта Мери, Тоомас Хендрик Ильвес — единственный президент современной Эстонии, которому удалось переизбраться. Добиваться переизбрания для президента — не просто возможность, а моральный долг: показать, что вы не зря меня выбрали, я был этого достоин.

Алар Карис на портрете Тыниса Саадоя узнаваем, его характер передан точно, но выглядит он немного ссутулившимся и уставшим. Президент не может позволить себе устать и войти в историю уставшим. Для стены Кадриоргского дворца его образ, пожалуй, слишком фамильярный, слишком повседневный, слишком свойский.

Хотя сегодня модно приходить на президентский приём в костюме и белых кроссовках, я ожидал бы более определённого выбора: если уж белые кроссовки, то белые кроссовки, а не свойская скука, не считающаяся со статусом.

Если бы все президентские портреты передали обратно Союзу художников и выставили на продажу, чтобы залатать финансовые дыры, то, конечно, за каждую работу удалось бы выручить немало. Все они стоят пятизначных сумм, но шестизначных — лишь две.

Поскольку вскоре начинается срок нового президента Юлле Мадизе, то, судя по этим картинам, ей можно было бы посоветовать работать так, чтобы последовал и второй срок: тогда художнику будет легче уловить достигнутое на президентском посту и перенести это на холст. Не уставать, чтобы у публики не сложилось впечатление, будто жизнь в Кадриорге шла как в сериале «Ынне, 13»: пять лет — и ни одного события. Самой писать картину своего правления так, чтобы и художнику было в радость её создавать, — добавьте красок, госпожа президент!